Документ № 20
Донесение командующего войсками Квантунской области
о положении в Тяньцзине и планах дальнейших действий

Вице-адмирал Алексеев Военному министру из Дагу
23 июня 1900 г.
Весьма секретно.

Положение в Тяньцзине представляется в следующем виде: с прибывшими к китайцам подкреплениями до 5000 человек генерала Ниэ установлены севернее взятого нами арсенала, за каналом - батареи, которые вместе с большими орудиями форта, находящегося в китайском городе, грозят европейскому городу, уже наполовину разрушенному, станции железной дороги и нашему биваку. Последний перенесен на другое место.

Под прикрытием огня этой артиллерии китайцы, выйдя из своего обычного образа действий, 21 июня перешли в наступление, но были остановлены. Размокшая от ливня почва не дозволила их преследовать. Атака форта, доступ к которому затруднен целым лабиринтом китайского \ города и сетью каналов, при настоящих условиях становится еще более трудной; между тем, прочное удержание Тяньцзиня зависит, безусловно, от уничтожения этого форта, что полагал бы возможным исполнить по прибытии последнего из назначенных сюда 4 полков и одной батареи, которые ожидаются на днях, и при условии полного содействия иностранных войск. Пока наши отношения к японцам, немцам и французам вполне хороши: но образ действий англичан и американцев внушает сомнения в их искренности. (...)

Вынужден просить иностранных начальников о присылке подкреплений, сообразно с требованиями полной обеспеченности сообщений и безопасности Дату. В общем, прихожу к заключению, что 8000 отряд, указанный ВЫСОЧАЙШИМ повелением, не соответствует более ходу событий; но, предвидя неизбежность оккупации, дальнейший перевод сюда войск из Артура считаю невозможным, ибо интересы наши требуют действий с обеспеченным успехом в большей мере на театре Маньчжурском, чем на Пекинском. Международные обязательства по отношению Пекина и Тяньцзиня Россия исполнила в большей степени, чем какая-либо из держав, и доселе вся тяжесть компании лежала почти исключительно на наших войсках и эскадре, мужеством и стойкостью коих достигнуты все бывшие до сих пор успехи.

В виду этого считаю, что в образовании экспедиционного корпуса и наступлении впоследствии на Пекин все державы должны принять равное с нами участие, сосредоточив столько же, сколько имеем в настоящее время мы. Исходя из такого взгляда на настоящее положение здесь дел, я полагаю, что все назначенные из Приамурья войска должны быть сосредоточены на Квантуне, готовыми двинуться для охраны нашей железной дороги и связанных с этой задачей главных центров Маньчжурии, к числу коих безусловно причисляю и Шаньхайгуань, как ключ к Чжили, обусловливающий важное политическое влияние на Пекин. Настоящее военное положение также требует занятия Шаньхайгуаня, главным образом как порта, необходимого на зимнее время, когда рейд Дату замерзает, и навигация не может поддерживаться даже с помощью ледоколов.

Стремясь действовать в согласии с иностранными адмиралами, я предложил на обсуждение их вопрос о занятии теперь же Шаньхайгуаня, указав на его военное значение. В случае, если бы решение последовало в отрицательном смысле, полагаю, что нам нужно принять на себя исполнение этой задачи, что представляю на благоусмотрение.

В силу происшедших событий, политический центр, бывший доселе в Пекине, раздвоился, перейдя частью в Дату к адмиралам, частью в Тяньцзинь к консулам. Это повело к ненормальности положения и двойственности распоряжений во вред общему делу скорейшего восстановления здесь порядка и законного правительства.

Отсюда вытекает необходимость снабдить старших военных и морских начальников надлежащими полномочиями и инструкциями, согласно коих они были бы в состоянии проводить и отстаивать предписанные им требования и взгляды своих правительств, а консулов подчинить этим начальникам.

Печ. по: Материалы для описания военных действий в Китае 1900-1901 гг. Отдел III. Книга 1-я. С. 132-135.

Вернуться на предыдущую страницу
Вернуться на главную страницу сайта


©2007 Igor Popov